Человеко-центрированный подход и политика

Статья о соотношении человеко-центрированного подхода и политики (опубликовано в Журнале Практического Психолога, 4, 2014)

Когда нацисты пришли за коммунистами, я молчал, я же не коммунист.
Потом они пришли за социал-демократами, я молчал, я же не социал-демократ.
Потом они пришли за профсоюзными деятелями, я молчал, я же не член профсоюза.
Потом они пришли за евреями, я молчал, я же не еврей.
А потом они пришли за мной, и уже не было никого, кто бы мог протестовать.
Мартин Нимёллер

К вопросу о «чистых формах» — человеко-центрированный подход и политика – опасность смешения или перспектива развития? (Ответ А.Б. Орлову)

статья опубликована в Журнале Практического Психолога, №4, 2012

Политическое измерение психологии и психотерапии

Петер Шмид в своей статье, которая публикуется на русском языке в данном номере, убедительно показывает, что психотерапия по своей сути политична, поскольку в психотерапии присутствуют и содержание, и процесс, и форма, (Шмид, 2012) составляющие измерения политики (policy, politics. polity). Однако то же самое можно сказать вообще про любую социальную практику. А.Б. Орлов логично замечает, что в таком случае в широком смысле слова политичной является любая психотерапия – поведенческая ли, семейная ли или клиент-центрированная (Орлов, 2012). Более того, можно заметить, что «политичной» является любая социальная практика (каковой, безусловно, в широком смысле является психотерапия). А.И. Сосланд вводит очень удачный, на наш взгляд, термин – «потестарная ёмкость», определяя его как «сумма возможностей влияния на власть, складывающаяся в рамках определённой практики, парадигмы, науки» (Сосланд, 2007). При этом в своей статье 2007 года Сосланд убедительно приводит пример наук с высокой ёмкостью (политология, социология, также – геология), а также показывает примеры возможностей влияния психологии. Если посмотреть на ситуацию, которая складывается в обществе сейчас, то мы видим как на глазах «потестарная ёмкость» психологии растет. При этом, здесь необходимо провести определенный водораздел. Воспользуемся подходом Ф.Е. Василюка и отделим «практическую психологию» от «психологической практики» (Василюк, 1992). Возможно заметить, что за последние год-два собственно практическая психология (как отрасль, «обслуживающая» другие сферы деятельности) сделала большой «скачок» в своей потестарной ёмкости. Особенно это можно отметить в той сфере, которую Сосланд называет «пространством экспансии», а именно судебная экспертиза. Достаточно вспомнить хотя бы «дело центра Озон» (см. напр. «Взгляд» от 8.12.2011), или нашумевшее дело Pussy Riots. В первом случае мы видим явное использование практической психологии для «раскручивания» кампании по борьбе с педофилией (и часто успешное), во втором, хотя оно безусловно спорное, и мнения полярны –  явное политическое использование психологической экспертизы. О втором деле стоит сказать особо. Не берясь оценивать само дело стоит отметить, что психологическое сообщество вполне осознает свой потенциал для влияния. Если, например, рассмотреть «ответное» письмо на экспертизу В.В. Абраменковой, подписанное В.В. Знаковым, М.С. Егоровой и многими уважаемыми коллегами, то об этом явно свидетельствует фраза «Поскольку экспертиза имеет принципиальное значение для выводов о виновности или невиновности подсудимых, мы, профессиональные психологи, хотим высказать свое мнение о ее качестве». При этом, данное письмо не может служить примером «влияния на власть», а следовательно прямым отражением потестарной ёмкости, но может служить явным показателем того, как психологическое сообщество (по крайней мере его часть) отдает себе отчет в своём политическом потенциале и более того, осознание себя как своего рода политических субъектов.

Таким образом можно сделать вывод, что по крайней мере у практической психологии (не только для сферы экспертизы, психология образования гигантскими скачками продвигается туда же – например, новый стандарт начального образования очень серьёзно затрагивает вопросы взаимодействия психолога и учителя), за последние годы потестарная ёмкость серьёзно возросла. У психологической практики – не столь, однако и психологическая практика как отдельная сфера в России всё еще находится в состоянии своего становления. Многие ассоциации и общества только-только прочно встают на ноги, решают базисные вопросы, такие, как вопросы сертификации (см. Варга, 2012).

Место человеко-центрированного подхода в политике.

            Для начала следует разделить клиент-центрированную терапию в узком смысле и человеко-центрированный подход в широком. Ясно, что ценности терапии есть ценности помогающей практики, в то время как подход есть нечто большее, он может представлять собою своего рода «философию жизни». Как пример – экзистенциальная философия, ценности которой разделяет экзистенциальная терапия, оказала огромное влияние на человечество в 20 веке. В случае с нашим подходом не терапия «выходит» из философии, а наоборот, однако это не столь сильно меняет дело. Воспользуемся подходом Э.Медоуса, разводящим клиент-центрированную терапию и человеко-центрированный подход по ряду оснований (основания эти описаны в ряде статей, в том числе, опубликованных в этом номере, а также, см.напр. Колпачников, 2000). Мы не будем освещать их все, отметим лишь, что одним из важнейших отличий является то, что то, что у Роджерса называется «необходимыми и достаточными условиями […] личностных изменений» у Медоуса зовется навыками и предполагается их применение не на благо клиента, а на благо себя. При этом применение добровольно и ответ на вопрос применять или нет лежит на плечах самого человека. Его никто к этому не обязывает.

Определим теперь: что мы понимаем под политикой. Открыв словарь Ожегова мы видим следующее определение: Политика:

1. Деятельность органов государственной власти и государственного управления, отражающая общественный строй и экономическую структуру страны, а также деятельность партий и других организаций, общественных группировок, определяемая их интересами и целями. П. мира. Внешняя, внутренняя п. Финансовая п.

2. Вопросы и события общественной, государственной жизни. Текущая п. Интересоваться политикой.

 3. Образ действий, направленных на достижение чего-н., определяющих отношения с людьми (разг.). Хитрая п. у кого-н. II прил. политический, -ая, -ое (к 1 и 2 знач.). Политическая борьба. Политические науки. П. обозреватель.

На наш взгляд важнейшим является не первые два пункта, а третий (иногда их еще помечают как «переносное значение»). Но действительно, чем является политика, как не некий «образ действий в отношениях». Более того, рассматривая политику не как некий статичный феномен, а как процесс (отвечая на вопрос «а что РЕАЛЬНО происходит, в политике?»), можно отметить, что политика это и есть ОТНОШЕНИЯ между людьми. Но отношения особого рода. Шмид прав, говоря, что «…политика – в широком смысле – это реализация содержания с помощью процесса, основанная на форме (Nuscheler, 1999; Patzelt, 2007; Pelinka, 2004; Rohe, 1994)». Но если смотреть на то, где реализуются все три измерения (процесс, форма, содержание), то можно ответить однозначно – в отношениях между людьми.

Более того, можно отметить, что любая социальная практика, будь то образование, психотерапия или религия (как форма практики) реализуется именно в отношениях. И вот здесь-то и появляется место для человеко-центрированного подхода как модели отношений «Я-другой». И именно здесь появляется место для применения навыков/условий для успешного развития отношений (подчеркнём – любых отношений (подробнее о модели см.напр Колпачников, 2000). На наш взгляд, именно понимая политику как отношения мы создаем потенциал для применения ЧЦ подхода в политике, для вхождения его в эту область и модификации отношений, а, следовательно, и политики. В этой связи странным кажется приведённое А.Б. Орловым противопоставление между человеком-сущностью и человеком-личностью, как человеком существующим в отношении к социуму или существующему В-Социуме. Уместно вспомнить Ж.П. Сартра «существование предшествует сущности» — кто как не человек создаёт свою сущность, своё отношения, принимая на себя полную за это ответственность? Могли ли, например, восемь человек выйти на Красную Площадь в 1968 году, если они не сознавали себя как творцов своей сущности, не взяли на себя ответственность за свою жизнь, вопреки всем установленным социальным нормам того времени и общества? И в данном случае политическое измерение никак не противоречит сущностному, поскольку войти в отношения не есть раствориться в них, если человек подлинно конгруэнтен и принимает на себя ответственность за свою жизнь. Ниже будет приведен быть может не слишком удачный, но жизненный пример такого опыта, специально притом не инспирированного.

 

Полевой пример возникновения человеко-центрированных отношений в политическом измерении.

Данный параграф не претендует на научную значимость, однако является репрезентацией личного опыта автора.

Весной этого (2012) года Москву всколыхнул ряд протестов (которые начались ещё в декабре 2011, но в конце весны текущего года они приняли особую форму). В первой половине мая в районе Чистых прудов недолгое время существовал «протестный лагерь Оккупай Абай». Описать его суть в двух словах достаточно сложно, тем не менее, необходимо отметить, что лагерь имел определённую «горизонтальную» организацию без организационных (да и идеологических) лидеров. Кроме того,  необходимо также отметить, что при такой структуре, участники были весьма самоорганизованы (что выражалось в достаточном порядке на месте лагеря, отсутствии серьёзных инцидентов, а также тем, что удалось быстро наладить снабжение и обеспечение (вплоть до уборки) своими силами). Я не утверждаю, что лагерь был каким бы то ни было человеко-центрированным, однако одна особенность бросалась в глаза многим участникам (и не только лагеря, но и, скажем многотысячных демонстраций), а именно: за всё время (около двух недель) не было ни одного серьёзного конфликта ни на политической ни на бытовой почве, более того, многими участниками отмечалась особая атмосфера (см. напр. блоги). Я могу поименовать эту атмосферу – безусловным позитивным уважением (принятием). Многие отмечают какую-то особую «вежливость», которая была присуща лагерю и подобным митингам. Возможно вспомнить в этой связи цитату К. Роджерса «Именно человечность сближает и устраняет барьеры» (Цит. По Орлов, 2012). Что как не безусловное позитивное уважение можно назвать человечностью?

Ещё одной важной чертой данного движения являлась самоорганизация. На наш взгляд, она была бы невозможно без ещё одного важного умения – принятия на себя ответственности за свою жизнь без обвинения других, который описывается Э. Медоусом как часть умения «конгруэнтность» (Колпачников, 2000). Именно принятие на себя полной ответственности за жизнь и действия позволяет людям при отсутствии формального «авторитета» или руководства самоорганизовываться. Если вновь вспомнить Сартра,  то станет очевидным, что человек, лишь принимая на себя ответственность и фактически создавая свою сущность, способен действовать активно и полно. В данном случае человек не имеет возможности для «оправданий». Он индивиден, а политика как и любые отношения – лишь часть жизни, которую человек создаёт, и за которую несет ответственность.

Мы не будем подробнее анализировать данный опыт, оставив его для осмысления социологам и психологам-исследователям. Быть может, рано или поздно, данный опыт может быть научно осмыслен.

Тревога о «смешении» человеко-центрированного подхода

В целом я разделяю опасения А.Б. Орлова о возможной «ревизии» ЧЦ-подхода и его «смешении». На мой взгляд, возможно провести чёткую грань между тем, когда подход с одной стороны «входит» в какие-либо сферы и сохраняет свою идентичность (по Орлову в данном случае эти «сферы» полностью меняют своё лицо – они как бы «испаряются», остаются лишь отношения между людьми), а с другой – когда ЧЦ-подход как бы «разъедается», «смешивается». В качестве аналогии я могу привести пример из кулинарии и химии. Как известно, вода обладает уникальными свойствами, присущими только ей. При этом её составляющие – кислород и водород в отдельности обладают своими уникальными свойствами. Таким образом, когда мы имеем воду, мы теряем «идентичность» кислорода. С другой стороны, если мы пьём кислородный коктейль, то кислород остаётся кислородом. Другой пример – конфеты с коньяком и коктейль с коньяком. В первом случае коньяк остается собою, пусть даже в шоколадной оболочке, во втором – коктейль – принципиально новый напиток. Приводя данную аналогию, могу сказать, что если, как предложено выше, понимать политику, образование, бизнес как в первую очередь отношения, а ЧЦ-подход как определённую их модель (по сути – «способ бытия»), то можно не бояться «входить» в чужой монастырь, поскольку наша идентичность сохраняется в любом случае, ведь модель отношений применима к любым отношениям. Тогда возможно существование ЧЦ-образования, ЧЦ-политики, ЧЦ-бизнеса. В противном же случае, если мы пытаемся «встроить» ЧЦ-подход в некую «систему» (будь то психотерапевтические модификации,  якобы лежащие «в русле» подхода, или некое препарирование и «применение» неких «техник» к отношениям), то вот это уже и есть, на наш взгляд, смешение ЧЦ-подхода и некое иное явление, не имеющее отношение собственно к подходу, а представляющему собой некий эрзац.

Список литературы:

1)      Варга А. Профанация психотерапии. Электронный проект СНОБ, блоги http://www.snob.ru/profile/9682/blog/49375#comment_493673  25.05.2012

 

2)      Василюк Ф.Е. От психологической практики к психотехнической теории, Московский психотерапевтический журнал, 1992, №1. с. 15-32

3)      Колпачников В.В. Человеко-центрированный подход в практике психологического консультирования персонала организаций. Вопросы психологии, №3,2000

4)      Орлов А.Б. Человекоцентрированный подход в психологии,психотерапии, образовании и политике. Журнал Практического Психолога, №1, 2012

5)      Орлов А.Б. Психотерапия аполитична или она не является психотерапией: человеко-центрированный подход как принципиально, сущностно аполитичное предприятие или Человекоцентрированный подход: искушение политикой (ответ Петеру Шмиду). Журнал Практического Психолога, №4,2012

6)      Сартр Ж.П. Экзистенциализм – это гуманизм Опубликовано в кн.: Сумерки богов. — М.: «Политиздат», 1989. — С. 319-344.

7)      Сосланд А.И. О психологократии. Московский Психотерапевтический Журнал, №1,2007

8)      Ожегов С.И. Словарь русского языка. М. Русский язык, 1989

9)      «Центр ОЗОН лишен права проводить экспертизы» газета Взгляд, 8.12.2011 http://www.vz.ru/news/2011/12/8/545155.html

10)  Экспертиза по делу Pussy Riots http://echo.msk.ru/blog/mzf2009/902590-echo/

11)  Открытое письмо психологов по делу Pussy Riots http://psy-pro.livejournal.com/1961165.html

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *